Work Text
…Питер выгнулся и заскулил. Его мучали уже далеко не первый час, и сейчас он был как никогда близок к тому, чтобы запросить пощады. Он лежал на правом боку, его задранную левую ногу с нечеловеческой силой удерживал доспех Железного человека, чтобы Тони мог беспрепятственно вылизывать его растраханную задницу. Питер вздрагивал и откровенно стонал от каждого движения языка по гиперчувствительной слизистой. Но Таша была гораздо более жестока. Если Тони хотя бы не дразнился, то она явно находила огромное удовольствие в том, чтобы лишь чуть поддразнивать легкими прикосновениями языка слишком чувствительный после многих оргазмов член. Питер дернулся и взвыл в голос. Он попытался уйти от невыносимых прикосновений вибратора, который Таша с садисткой улыбкой поднесла прямо к чувствительному местечку под головкой, но доспех лишь крепче сжал его ногу в безжалостной хватке, так что Питеру только и оставалось беспомощно (в который раз?) кончать от невыносимого удовольствия. Через некоторое время мир вновь обрел краски, и Питер понял, что Старки впервые за весь вечер оставили его эрогенные зоны в покое.— Хороший мальчик, — одобрительно похлопал его по бедру Тони.— Еще разок? — осклабилась Таша.Питер протестующе замычал и попытался уползти от обоих Старков на другой конец кровати, но доспех помешал его безусловно прекрасному плану побега.— По-моему, мы затрахали мутанта. Дай пять, сестренка!Питер посмотрел на него сыто, но неодобрительно. У него не было сил говорить, поэтому он просто чмокнул Тони и Ташу в щеки и, когда доспех наконец разжал хватку и ушел восвояси, свернулся между близнецами клубочком.— Ладно, — согласился с ним Тони, обняв сзади и зарывшись носом в волосы Питера. — Хватит на сегодня.— Завтра будет новый день, — кивнула ему Таша и легла лицом к Питеру, закинув на него руку и ногу. — Спокойной ночи, братец.— И тебе, сестренка.Питер ничего не сказал. Он уже спал сном затраханного праведника и ничего не слышал.